АстраКульт

На высоте! Актеры-гиганты обнаружены в Астрахани

Ходулисты покажут театральное шоу

Однажды они воспарили над землей ради искусства, превратив актерство и эквилибристику в единое целое под названием «Уличный театр». Спустя несколько лет тишины они возродились в нечто новое и очень интересное. Об особом театральном мире без границ мы решили узнать у самих его участников. 

А в перерывах между ответами мы покажем совместные фотозарисовки.

Астраханский ТЮЗ

В гримерке

Именно здесь мы и собрались большой компанией для интересного разговора: команда AstraKult и актеры ТЮЗа — а по совместительству, передовые участники проекта «Уличный театр»: Кирилл Соболев, Арина Глазкова, Ванда Блинова и Арина Алиева. Из разговора выяснилось, что ребят как будто свела судьба еще до сцены. Вместе они учились на актерском отделении. А после стали работать в одном театре.

Кирилл Соболев – хедлайнер команды ходулистов — рассказывает:

— Впервые я познакомился с такой наукой, как «Хождение на ходулях», 8 лет назад. А дело было так: товарищ попросил его подменить и буквально за один урок поставил меня на ходули. Я был так воодушевлен и новым занятием, и успехом в обучении, что эти чувства сыграли со мной злую шутку. На следующий день, когда я пошел работать, за 2 часа ходьбы я расслабился и упал с высоты ходуль. Повредил колено. И сказал себе тогда: ни за что больше на них не встану! Но все же, спустя годы, почти десятилетие, Сергей Тараскин предложил возобновить его давний проект уличного театра. Назывался он в то время «Третье измерение» и представлял собой постановку спектакля на ходулях. Я задумался над этим предложением и решил: а почему бы нет?

 «Пока ты на ходулях, расслабляться нельзя ни на секунду!

Участники фотопроекта: Арина Алиева, Александр Ботяновский и Ванда Блинова

Откуда ноги ходули растут

Кирилл признается: с самого начала он старался познать это искусство, понять, что к чему, испытать на себе. А теперь настолько втянулся, что не видит без этого свою дальнейшую жизнь. Спустя время стал обучать новоиспеченных ходулистов. В команде есть ребята еще с того проекта, пришли и новички этого дела.

— В первую очередь, чтобы встать на ходули, нужно преодолеть страх высоты. Когда только учишься, стоит помощнику руку отпустить, начинается паника и в голове как молот, отбивается четкая мысль: «Срочно дойти до столба!».

Мужчинам встать на ходули в силу их физиологии проще, чем девушкам — мне хватило 20 минут, чтобы научиться ходить. Но тут и от самого человека очень многое зависит: кто-то быстро учится, а кому-то придется потрудиться.

Тут есть несколько этапов:

— встать и перебороть страх,
— научиться ходить, держа концентрацию на максимуме
— и, наконец – ходить умеют все, а вот что-то еще на этой высоте выполнять – это уже высшей степени виртуозность.

Здорово, когда ходулист еще и что-то исполняет в воздухе, это добавляет красок номеру, эмоций, зрелищности. Но к этому надо быть физически готовым, ведь тут уже совсем другой уровень мастерства для ходулиста – высочайший. Это как научиться ездить на велосипеде.

Надеваем мы ходули, сидя на полу. Ребята в команде помогают встать: поднимают со спины, либо подают руку и тянут на себя.

Наука падения

— Как ни странно, первый урок – падение, потом уже ходьба, бег и т.д. — признается наш собеседник. — Если научишься падать правильно, тогда ты будешь готов. Чаще всего на ходулях ноги сплетаются, ты перестаешь контролировать себя. Самое важное – сохранить контроль над корпусом, выпрямиться в коленях и зависнуть в этом положении. И падать уже на бочок. Есть на случай падения специальная защита на голени. При падении с ходуль высока вероятность получить ушиб коленей и ступней — вот они не защищены. Такую технологию я отрабатывал сначала на себе, потому что имея этот опыт, я понимаю, что от падения никто не застрахован. А вот овладеть техникой, которая поможет избежать серьезных травм – очень важно. Я на самом деле падал, тренировался на матах, а теперь могу и ребят научить этому. На занятиях по падению я пытаюсь ставить ребят в максимально неудобное положение, чтобы отработать технику выхода из него. Например, позиция, когда одна нога сплетена с другой – крест-накрест. Умение выходить из такой ситуации пригодится в том случае, если у ходулиста под ногами пробежит ребенок.

Прежде чем выходить в толпу, ходулисту нужно обзавестись опытом, иметь за плечами не одну тренировку.

— Правда, случается, что нужно срочно выйти, для участия в массовом мероприятии. Так было совсем недавно, мы выступали на проекте «Волжская палитра». Я не смог принять участие, поскольку накануне сломал ногу («нет, не в ходулях дело», – смеется Кирилл), так что ребятам, в числе которых совсем еще новички, пришлось выступать самостоятельно. Но на такой случай всегда есть человек для поддержки. Который всегда рядом, как штурман и водитель. Он следит за людьми, которые могут слишком приблизиться к ходулисту, координирует процесс, помогает справиться с любознательной ребятней и предупредить опасные ситуации.

А вот и главный герой нашего интервью, пока на иных «ходулях»…

— Бывали какие-то курьезные ситуации, связанные с падением?

— Был один забавный случай, когда наш ходулист споткнулся и стал терять равновесие, в этот момент он не нашел ничего более спасительного, чем голова стоящего поблизости человека. Это забавно вспоминать сейчас, но тогда он принял верное решение, иначе он бы просто упал на ту женщину и пострадали бы уже как минимум два человека.

— Есть у вашей команды свой секрет успеха? Поделитесь.

— Нутро ходуль – наши ходули из особого материала и изготовлены по нашему собственному чертежу. Они легкие, маневренные, спроектированы специально под каждого члена команды. Изготовлены они не в Астрахани, сделаны на заказ в другом городе. Мне нужны были модульные ходули, которые смогли бы гарантировать высокую манёвренность для быстрой смены высоты. Для создания таких ходуль я продумал каждый миллиметр и отразил все в схеме. На таких ходулях можно весь спектакль находиться на «полтинниках» (высота –50 см) и за считанные секунды выходить на 1,2 метра. Для спектакля это очень удобно. Ходули – вещь индивидуальная, важно продумать все так, чтобы нигде не жало, не перетягивало, во время ходьбы оставалось комфортно.

«Ходули — это единое целое с ходулистом, продолжение его ног.

Высота ходуль начинается с 50 см. Высота 80 см хороша для маневренности и трюков. Но стоить отметить: чем выше ходули, тем тяжелее контролировать то, что происходит под ногами.

— Какие еще опасности поджидают ходулистов?

— Когда мы ходим ногами по земле, можем безболезненно шаркать, а вот на ходулях такое может плохо кончиться. Только шаркнул — летишь вниз. Как только встаешь на метр, то, что делал на 80 см, может показаться едва ли выполнимой задачей. В первый раз на такой высоте ты с большей вероятностью споткнёшься и упадешь. Есть еще ходули высотой 1,2 м  и «полторашки» (1,5 м), бывают еще «двушки» (ну тут уже понятно – 2 м). Последние ну очень высокие ходули и созданы только для того, чтобы нести себя в толпе: идти большими шагами на радость зрителям. Эффектно в таких случаях надеть яркий, красочный костюм. Смотрится это невероятно зрелищно и до жути опасно! В нашей команде все ходят на 80 см. А вообще, хорошо чередовать разные высоты, уметь ходить на всем.

«Пока у нас больше пластический театр, все строится на языке жестов, мы играем «чувствами».

— А что видит ходулист со своей «нечеловечьей» высоты?

— Перхоть! (смеются ребята). Если серьезно, мы настолько уже привыкли к открывающемуся обзору, вставая на ходули, что не обращаем внимания на детали. Главное для нас – то, что происходит внизу, а не перед нами. Чтобы не упасть и не прибить никого рядом. Поэтому у тех, кто в первый раз встает на ходули, глаза ну очень широко открываются! Через секунды этот ужас проходит и уступает место полнейшей сосредоточенности. Никакая кочка, никакой камушек уже не подвернется. Первое время видишь только пол помещения, а когда выходишь на улицу, еще кого-то видишь, наловчившись, можно и вдаль смотреть.

На своем языке

У нас свои команды, понятные только нам: «земля-воздух», «воздух-воздух» и т.д.  Нет, это не про ракетную установку, эти команды обозначают положение ходулистов, «воздух-воздух» — значит, мы на ходулях выполняем какой-то номер. Мы научились стоять, падать и ходить на ходулях. Но ведь это не предел совершенству — начали отрабатывать трюки. «Невеста» — ходулист берет на руки девушку и из этого положения делает «ласточку» — на плечо сажает девушку, она падает на руки на руки. Есть еще «колесо», «флажок» и много других трюковых элементов, над которыми мы сейчас активно работаем. Жонглировать будем учиться разными предметами. Собственно, жонглированию учатся все студенты актерских школ, это база сценического движения. Но делать это на ходулях – совсем другое мастерство.

Все только начинается

Первый номер наш театр поставил на сцене ТЮЗа, в капустнике по случаю юбилея театра. Номер понравился всем, и я понял, что он имеет право на существование в несколько другом формате. Из этого номера мы планируем создать большой спектакль, построенный на несчастной любви.

С детства я люблю цирк, но цирк акробатов, восхищаюсь французским «Cirque du soleil». Эти нотки привносятся в наш проект, а также в новый спектакль, построенный на цирковых элементах. В нем будет задействовано все — но пока не буду раскрывать всех секретов.

На данном этапе уличный театр для нас как хобби, мы репетируем до репетиций, после репетиций – как только появилось свободное время и ребятам удалось собраться вместе.

— Какие премьеры мы увидим от Уличного театра?

— Из больших спектаклей в ближайших планах в этом году — «Золушка». Это будет не просто номер, а целая история. Некоторое театры выходят на улицу и за счет музыки просто существуют в городской среде. Это известный ход — с одной точки к другой идет театральное действие, построенное на импровизации. У нас спектакль непосредственно основан на сюжете. Театр может существовать круглогодично — главное, заявить о себе.

Было в планах восстанавливать что-то из старого репертуара, но все-таки хочется начинать с начала, с нуля.

— На чем удобнее работать: на джампах или на ходулях?

— Надо сказать, на джампах проще ходить, но при этом вес у них больше – они тяжелее. Подняться с них легко, но вот упасть – тут больше вероятность получить травму. На ходулях мы ходим, на джампах – бегаем. Для последних нужна хорошая физическая подготовка и отсутствие страха.

— Есть любимые роли на сцене?

— Нет какой-то определённой любимой роли, но у Арины Алиевой впервые появилась роль, в которой она играет девочку, а не уже привычных ей зайчиков и мальчиков (ребята смеются). Есть роли, которые помогают развиваться.

А Ванда Блинова работает в театре уже 8-ой сезон и с уверенностью может сказать, что в каждой роли актер находит частичку себя, за которую цепляется и становится со сценическим образом единым целым. А еще Ванда заслуженная Снегурочка ТЮЗа – уже ставший традиционным за 8 лет ее зимний театральный образ.

— Классический и уличный театр — в чем разница?

— Скорее всего, это едино. На ходулях ты в большей степени обращаешь внимание на законы физики, на свои возможности. Но и сцена, также как и ходули — это умение рисковать, пробовать новое, не останавливаться на достигнутом. Это тоже мастерство — нужно уметь донести историю на ходулях, ведь мы ориентируемся на спектакль, на сюжет. Вообще, не должно быть стереотипа, что актер только ходит по сцене — для нас актер должен уметь все: петь, танцевать и т.д. Нет границ в искусстве. Это все театр, а разница в том, классический он или нет. А вот поставьте «Гамлета» на ходули, и это будет уже что-то совсем другое.

Как в ТЮЗовской «Каштанке», где мы бегаем на джампах, это тоже элементы цирка. На сцене может происходить все, что угодно режиссеру, главное здесь – это должно быть оправдано, логически понятно.


Напомним, художественный руководитель ТЮЗа Сергей Тараскин отдал молодым актером проект уличного театра под самостоятельную работу. За подробностями мы поспешили к самому Сергею Владимировичу с вопросом: «Как зародился вообще этот проект и какова ситуация на сегодняшний день»?

И вот что он нам рассказал:

— Когда родилась идея создания уличного театра, нас было десять человек. Мы поставили один спектакль – «Сон Шекспира», в котором участвовали профессиональные актеры. Они записывали любимые шекспировские сонеты и свой голос. Соорудили сами передвижную сцену – просцениум, установили динамик, и под музыку эти тексты звучали на набережной. А вокруг просцениума совершалось театральное действо, которое мы назвали «Ромео и Джульетта».

Мы разыгрывали эту историю посредством жеста танца и вовлечения зрителей. С помощью чтения сонетов (звучали они в исполнении известных драматических артистов и актеров ТЮЗа). Все городское пространство мы пытались организовать как сцену. Использовали определенные техники и на ходулях, и на земле. Такое направление как городское искусство — адаптация уличного пространства к театральному искусству. С помощью скульптуры композиции мы себя вовлекали в него, а оно вовлекало нас. Получилось, что город и есть наши декорации. И таким образом мы просуществовали 2 года. Но у нас не стало репетиционного пространства.

Позже появились единомышленники этого проекта — одни пришли из числа  тех, кто стоял у истоков уличного театра, пополнился состав и новичками. Сейчас на базе ТЮЗа проект возобновился. Ребята работают сами, даже хотят переименовывать проект, я не против, пускай фантазируют, развивается. Это очень любопытная история для самих актеров, поскольку здесь другие принципы существования на сцене, а сцена при этом — весь мир, который окружает. Ребята будут развиваться в этом направлении, это способствует наработке профессиональных навыков, чтобы потом использовать их на сцене самого театра.

У ребят теперь есть помещение, где они могу репетировать круглый год.

Из планов — при театральной площади ходулисты будут показывать спектакли. Они придумали несколько историй, оформили их, даже заявили на несколько грантов. Я думаю, что у этого проекта есть будущее. Главное — чтобы ребята этим горели, могли развиваться. До тех пор будет существовать театр.