АстраКульт

Зиннур Сафаргалеев: «Я люблю Астрахань по-своему»

Мысли в мастерской художника

Невероятно порой в разгаре суетного дня оказаться в гостях у художника, в его уютной квартире-мастерской, полной картин и красок, и поговорить по душам… Об интересной встрече с Зиннуром Сафаргалеевым расскажем прямо сейчас.

Творческий порядок

В поисках своего интервьюера мы отправились на одну из центральных улиц города. Квартира художника расположена в старинном купеческом доме. Глядя на эти здания, сохранившие первозданную архитектурную красоту, ловишь себя на мысли: здесь определенно живут творческие, интеллигентные люди. Так и есть. Да и в квартире у семьи Сафаргалеевых обстановка под стать творческим людям. Нет, не беспорядок — скорее, наоборот – все на своих местах, и у каждой вещи свой сокровенный смысл.

А еще множество деталей… Вокруг старинная деревянная мебель, книги в стеллажах и множество картин на стенах – больших и не очень, цветных и черно-белых. Здесь и пейзажи, и цветы, и портреты людей…

Семью Сафаргалеевых можно с уверенностью назвать астраханской династией. Отец нашего собеседника, Камиль Сафаргалеев, тоже был известным живописцем. В этом году планируется открытие памятной выставки, приуроченной к 90-летию со дня рождения художника.

Я рисую, наверное, с рождения, – смеется Зиннур Камильевич — будучи маленьким, рисовал все, что видел. Вся наша семья имела отношение к творчеству: мама была искусствоведом, помимо отца и старшая сестра была художником. Именно поэтому мама мне позволяла рисовать на стенах в комнатах дома. Я зарисовывал красками свою комнату, пока оставалось хоть одно свободное местечко. А после мама перекрашивала стену, и у меня снова появлялась возможность продолжать свое настенное творчество, оттачивая и совершенствуя мастерство. Забавный случай в те годы произошел, когда домой пришел школьный педсовет (тогда такие визиты были в порядке вещей). Я учился в 5 классе. Педагоги были крайне удивлены, что мне позволялось вытворять такое со стенами в доме. Но для мамы было важным поощрять таланты и интересы детей, я ей очень благодарен за это. Поэтому, когда сегодня я слышу от негодующих родителей, что их чадо изрисовало обои, я предлагаю хороший выход из положения – закрыть нижнюю часть стены, доступную для ребенка, бумагой. А на этой бумаге позволить ему рисовать, сколько угодно его творческой натуре. Обои целы, ребенок занят полезным делом. И, возможно, в будущем станет хорошим художником.

Зиннур Сафаргалеев представляет свои картины на крупных выставках. В Астрахани он работал в Театре оперы и балета художником-бутафором, а в Картинной галерее им. Догадина художником-реставратором. Особое место в его биографии занимает педагогическая деятельность. 

А мы тем временем продолжаем свой путь…

Одна из комнат – та самая мастерская, где среди большого количества разнообразных кистей и всевозможных красок создаются шедевры. К слову, сейчас в работе на мольберте одна из картин из целой серии работ, посвященной одной теме — истории американского Запада и Севера.

Подробнее об этом нам рассказывает художник:

Это триптих — одна из картин посвящена теме «Золотой лихорадки» на Аляске. Еще с детства под влиянием приключенческих книг и художественных фильмов про индейцев, ковбоев, золотоискателей меня волновала эта тема. Серия работ, над которыми я сегодня работаю, созвучна с моими детскими увлечениями литературных произведений Джека Лондона, Фенимора Купера и других авторов. В дальнейшем возьму в работу другую тему.

– Уже знаете, какую?

— Когда много работаешь, легко представить, чему будет посвящена твоя следующая работа: все идет одно за другим — последовательно. По секрету, темой следующей картины, которую я надеюсь закончить в апреле, станет космонавтика.

Из воспоминаний

Зиннур Сафаргалеев жил в Латвии много лет, там же окончил Академию художеств г. Рига, кафедру графики. Художник поделился рассказом о годах учёбы и показал книгу-альбом с фотографиями Академии и художников преподавателей.

Здесь, на фотографиях в книге, преподаватели моей кафедры, студенты, а также их произведения. Вот мой литографский станок, на нём я создавал одни из лучших моих студенческих работ. Кстати, некоторые работы храню до сих пор — это память моей молодости. Рисовал всё: натюрморты, пейзажи и архитектуру Латвии, портреты.

Городские пейзажи

Теперь он много рисует для астраханцев — не только создавая портреты, но и работая над настенными изображениями. Кто-то просит нарисовать Венецию, кто-то хочет в комнате поле роз, и непременно – разных, по цвету и форме.

Астрахань я люблю по-своему: через видения самобытной, старинной архитектуры города, в особенностях южной местности: климата, природы и, прежде всего, в его жителях — всё это вдохновляет на создание новых картин.

А еще, по признанию художника, он обожает рисовать… сушеную воблу!

Без тени скромности скажу, что делаю это лучше всех. Рисую с натуры: мы же в Астрахани — у кого из нас не найдется припасенной воблешки?! Отражаю детально каждую чешуйку. А пока работаю, мой кот предпринимает самые диковинные попытки, чтобы похитить объект моего творчества (смеется).

Особенно нравится художнику писать Волгу, с её глубокими переходами в цвете воды от темно-синего до мутно-зеленого…

Тогда ставлю две лодочки, потом три. Их может и не быть в реальности, но я так вижу. Если меня спросят: «Как называется эта картина?». – Я удивлюсь такому вопросу: какая разница, как называется?… Ну пусть «Две лодки» — а если три нарисовал, тогда — «Три лодки». Не в названии суть картины! (а в образах и средствах, с помощью которых они раскрыты). 

Картина четырех зим

Некоторые произведения художник создает посезонно. Одну из работ, посвященных городу, Зиннур Сафаргалеев писал целых 4 астраханских зимы! На ней изображены кованные ворота внутреннего двора дома Губиных.

Когда я начинал эту работу, в городе стояла зима, для меня было важно передать именно это чувство – ощущение времени года. Но я не успел закончить картину — пришла весна. Поэтому приходилось писать ее каждый год точно в это время, да еще дожидаться снежной погоды. Иначе не чувствуется. Если бы было лето, я бы нарисовал совсем по-другому, не так.

Ирония судеб

Совершая увлекательную экскурсию по квартире-мастерской, мы заметили разрисованные птичьи перья в маленькой вазочке и поинтересовались, кому принадлежит это необыкновенное творчество.

Оказалось, что супруга художника – Кристина Сафаргалеева — тоже увлекается изобразительным искусством. Она закончила Художественную школу и Профлицей №17 по направлению «Художник резьбы и росписи по дереву». Не раз участвовала в художественных конкурсах. Зиннур Сафаргалеев показал нам другие, не менее удивительные (правда, еще не завершенные) работы супруги и рассказал кое-какие подробности об этом необычном направлении в изобразительном творчестве.

Это эксклюзив, так еще никто в Астрахани не делал. Кристина находит доски, из которых когда-то были построены старые дома и документально воссоздает на них улицу, где и стояло или стоит здание. Это первомайская набережная.

Любопытную историю рассказал нам Зиннур о его встрече с женой:

Мы познакомились в Астраханском кремле. Там много лет были художественные мастерские, где мой отец и я работали. По иронии судьбы, теперь Кристина там работает, но уже в музее. Она, как и я, любит изобразительное искусство, занимается выставочной деятельностью.

Творческая пара любит путешествовать, и всегда на новом месте создаются картины увиденного. Именно с натуры рождаются произведения самых живописных уголков нашей страны: Абхазия, Минводы, Крым, Адыгея. Море, горы, водопады, пышная растительность и т.д.

Портретист со своей точкой зрения

Многим астраханцам Зиннур Сафаргалеев известен как портретист — поскольку многие становились счастливыми обладателями своих портретов в его авторстве. Именно в этой роли художник часто участвует в культурных проектах города.

Часто мы замечали его на Музейных двориках Догадинки, или, например, в Цейхгаузе, на кремлевских вернисажах. По признанию мастера, изобразить человека он может даже за несколько минут — а трудоемкая картина на холсте может занять и час-полтора.

В доме художника тоже немало портретов — мы обратили внимание на этот…

Недавно я сделал портрет друга моего отца (это Саша Косыхин). Он очень творческий человек, разносторонний: занимается скульптурой, вырезает потрясающие фигурки из древесных веточек и сучков, которые сам же и находит на улицах города. Чтобы создать портрет, я должен был не только показать его внешне, но и перенести на полотно частичку его внутреннего мира. По профессии он инженер, ему уже 74 года. Поэтому к портрету, еще на картине изображены фрагменты бытовых предметов и велосипеда, мастерок — получился человечек. Только ему одному известно, что говорится на портрете, кроме меня. Остальным зрителям картины объяснять задача не стоит.

Человек или стул

Своеобразное видение художника нашло свое отражение и в другом портрете, который мы сегодня увидели собственными глазами. Это картина старого деревянного стула советских времен — причем, один прут в спинке надломлен. Так стул это, или самый настоящий человек?

Такие метаморфозы объяснил нам художник:

Этот деревянный венский стул — изображение образа, моего друга — астраханского художника Николая Александровича Кулагина. Я нарисовал его стул, за которым он много лет работает — использует его как мольберт, поэтому он весь испачкан красками. Стул словно живой, он только знает мысли и образы, созданные художником в процессе работы, он часть художника — его инструмент.


Спускаясь по узкой старинной лестнице, ведущей на улицу, где так ярко светит весеннее солнце, мы не сразу пришли в себя. Словно из какого-то другого мира вернулись в привычный. Так, наверное, случается со всеми, кто совершает погружение в мир искусства: видит его, прикасается к нему и имеет потрясающую возможность расспросить о нем творца…